АксионБКГ / Как сельди в банке :: Версия для печати
»Публикации / Как сельди в банке


Шоколадный король ушел в банковский бизнес, купив банк из пятой сотни. Но ведь за окном кабинета экс-владельца Одинцовской кондитерской фабрики Андрея Коркунова уже год свирепствует финансовый кризис. И никто не ожидает его окончания по меньшей мере до весны 2009-го — столько будут всплывать скелеты "плохих" американских ипотечных кредитов, вызывая миллиардные списания в западных банках. Это, конечно, их проблемы, но занимать деньги стало негде — до 60% капитала российские банки привлекали из-за рубежа. То есть резервы надо изыскивать у себя под боком. На что же рассчитывает Андрей Коркунов? Вырученных от продажи фабрики $300 млн (часть из которых он уже запланировал потратить на девелоперский проект) совершенно недостаточно, чтобы построить конкурентоспособный розничный банк федерального уровня, о котором было заявлено.

И ведь Андрей Коркунов не одинок. Павел Бойко, бывший председатель правления Инвестсбербанка, проданного венграм, запускает ипотечный монобанк. Группа "Гута" возрождает сгинувший одноименный банковский брэнд. Торговая сеть по продаже бытовой электроники "Техносила" развивает амбициозный банковский проект. Два крупнейших автодилера — "Рольф" и Major-Auto — тоже хотят завести себе по банку. Это далеко не все подобные сообщения последних месяцев.

Что же происходит — пир во время чумы или озарение талантливых менеджеров?

Банки. Недорого. Много
Есть объяснение банальное — все дело в относительной дешевизне банков. "Пять-семь капиталов — таких цен, о которых говорили еще год-полтора назад, уже не сыщешь",— говорит старший аналитик "Антанты Пиоглобал" Максим Осадчий. "Если оценка владельца больше двух капиталов, мы даже не начинаем переговоры, отказываемся сразу",— уточняет нынешний прайс-лист Кирилл Дмитриев. Он — создатель фонда Icon Private Equity, который сейчас занят скупкой банковских активов с целью создать крупный универсальный банк, который должен войти в российский топ-40. Сейчас это одна из самых очевидных на первый взгляд инвестиционных идей на банковском рынке. Она столь же очевидна, сколь и грандиозно сложна в исполнении. В возможность приведения разношерстных банков (с разнокалиберными "скелетами" в сейфах) к единому знаменателю за приемлемые деньги не верят большинство экспертов. Поэтому чуть более месяца назад Icon Private Equity объявил о партнерстве с Игорем Кимом, владельцем УРСА банка, который как раз известен как умелый консолидатор банковских активов.

Момент удобный — темпы роста банковской отрасли серьезно снизились. В 2006 и 2007 годах средние темпы прироста по первой сотне банков в районе 50%. В 2008-м, по мнению Максима Осадчего, не будет и 20%. А ведь в прежних высоких ценах на российские банки в значительной степени "виноваты" как раз ожидания стремительного роста. Теперь же владельцы многих средних и мелких банков решили, что лучше вовремя продать по плохой цене, чем гордо умертвить свой банк,— и умерили аппетиты. В прошлом году, по оценкам Whales Group, было продано приблизительно 60-70 банков. В нынешнем, несмотря на кризис, эта цифра вряд ли серьезно уменьшится. Торговля банками идет вовсю.

Для большинства новых проектов приобретались банки, которые в рейтинге по размеру активов были не выше второй сотни. Хотя уже давно, еще задолго до кризиса, сложилось мнение, что фаворитами банковской гонки будут лишь иностранные и так называемые государственные банки (Сбербанк и ВТБ — самые яркие представители этой категории). Кризис только подкрепил это мнение фактами. "Нет никаких подтверждений того, что небольшие банки растут быстрее крупных",— напоминает Наталья Орлова, аналитик Альфа-банка. Хотя бы потому, что у крупных есть доступ к относительно недорогому фондированию, которого нет у других банкиров.

Но ведь покупатели банков на что-то рассчитывают. В отчете Whales Group, составленном по результатам прошлого года, говорится, что вытеснению с рынка смогут противостоять только нишевые и узкоспециализированные банки. Попробуем оценить новые банковские проекты и вероятность их успеха.

Зона максимального риска
Первая ниша или специализация, очень модная в последние два года в России,— ипотечный банк. В этом году на свет появились два проекта. Ипотечный монобанк планирует сделать из Кубаньбанка Павел Бойко, бывший председатель правления Инвестсбербанка. Такой же банк собираются создать на базе Атташебанка братья Сергей и Николай Саркисовы, выручившие за страховую компанию РЕСО $800 млн. В проект уже приглашен Альберт Хисаметдинов, до недавнего времени заместитель председателя правления Москоммерцбанка, показывавшего очень высокие темпы роста ипотечного портфеля.

У ипотечных банков самое незавидное будущее — как минимум ближайшее. В России практически нет банков, которые могут долгое время выдавать ипотечные кредиты, пользуясь только собственными ресурсами. Ипотека — это самые крупные кредиты (в Москве их размер сейчас составляет в среднем около $200 тыс., в Нижнем Новгороде — $100 тыс.), выдаваемые к тому же на 10-20 лет (в России выдавали уже и на 40 лет). На предыдущем месте работы Альберт Хисаметдинов участвовал в выдаче третьего по величине объема ипотечных кредитов в 2006 году — после ВТБ и Сбербанка. Москоммерцбанк тогда выдал их на $600 млн.

Но братья Саркисовы — и это крупнейшая заявка 2008 года — готовы выделить на ипотечный банк всего $500 млн. В переводе "на штуки" это всего лишь 2,5 тыс. кредитов на московские квартиры. Так что банк, желающий носить гордое звание ипотечного, должен иметь возможность рефинансировать свои кредиты. На сегодняшний день реальной является лишь перепродажа пакетов крупным банкам, российским и иностранным. Секьюритизация — продажа долгов на рынке посредством облигаций — как минимум на какое-то время стала невозможна, слишком негативные эмоции вызывает это слово у инвесторов. А Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК), созданное с оглядкой на американские агентства Fannie Mae и Freddie Mac (сейчас благополучно загибающиеся), столкнулось с ростом невозвратов. "Подкрутив" свой риск-менеджмент, агентство, которое в прошлом году рефинансировало 60% от 700 млрд руб. выданных российскими банками ипотечных кредитов, недавно обнародовало новые правила выкупа портфелей кредитов. Во-первых, АИЖК практически переходит на индивидуальный выкуп кредитов (что выхолащивает всю идею), во-вторых, условия выкупа стали практически запретительными (вполне реальная ныне ставка 17% напоминает о ранних этапах российской ипотеки, когда банки выдавали по несколько кредитов в год).

Это означает, что помощи новым ипотечным банкам ждать неоткуда. На особые новации с их стороны тоже рассчитывать не приходится. Альберт Хисаметдинов уже открыл пару секретов, но включенное в ставку страхование и ломбардные (под залог имеющейся недвижимости) кредиты до $2 млн на революцию как-то не тянут. О проекте Павла Бойко известно немного, и его пока отличает от других лишь месторасположение — Краснодар и Сочи, а это для "ипотечников" сейчас фавориты. По мнению Максима Осадчего, банк мог бы заняться кредитованием операций с землей. Самый главный секрет банка Бойко — иностранный инвестор, который согласился капитализировать банк. На рынке говорят, что это американский фонд прямых инвестиций, готовый вложить в проект на первом этапе более $100 млн. Это означает, что фонд должен быть не менее $1 млрд. Такие фонды, ориентированные на Россию, можно пересчитать по пальцам одной руки. Наиболее вероятно, что этот инвестор — TPG Capital или, в крайнем случае, фонды от Citibank или Morgan Stanley. Но $100 млн будет явно недостаточно для получения через три года портфеля кредитов в $4 млрд (такую цифру назвал Бойко), ведь значительную часть инвестиций американцев "съест" открытие точек продаж в городах России. В общем, для гарантированной success story условий маловато.

Счастье на колесах
Второе популярное направление — банки, специализирующиеся на автокредитовании. У них все радужно настолько, насколько все печально у "ипотечников". Автокредитование — залоговый вид страхования, что заметно снижает риски. При этом период кредитования редко превышает три года, а это уменьшает потребность в длинных деньгах.

С продажами объекта кредитования все великолепно. На прошлой неделе автоконцерны перед Московским автосалоном обнародовали свои планы по количеству машин, которые собираются реализовать в 2008 году. Ниже 35-процентного роста (по сравнению с прошлым годом) планку опустили лишь BMW, Audi и Ford. А если добавить сюда ожидаемый всплеск продаж подержанных автомобилей, приобретаемых в салонах, то картина становится даже чересчур благостной. Испортить обедню банкам может лишь невысокая маржинальность автокредитов.

Свежими проектами на рынке стали планы крупнейшего российского дилера компании "Рольф": развивать автокредиты на базе недавно приобретенного банка "Капитал-Москва". Причем изначально в проекте вроде бы присутствовала Mitsubishi Motors. Но сейчас она отошла в сторону, оставив этап запуска проекта на долю партнера. Почти одновременно стало известно о создании на базе Сламэк-банка Автоторгбанка, владелец — Major-Auto. Хотя в России уже работают собственные банки автоконцернов Toyota Motor, Daimler AG и BMW (на подходе Volkswagen), банки, созданные автодилерами, могут быть практически уверены, что будут кредитовать все продажи в салонах материнских компаний — и речь идет о миллиардах долларов.

Банк из кармана
Третьим и самым распространенным способом развития нового банка стало создание кэптива — "карманного" банка, обслуживающего нужды той или иной компании. В эту категорию легко попадают не менее 10 проектов, о которых заявлено в нынешнем году. Идея о непременном наличии кэптивного банка у каждого мало-мальски уважаемого предпринимателя (что стало причиной создания почти 2 тыс. этих кредитных учреждений в нашей стране) подверглась сомнению в начале 2000-х годов. Трендом среди крупных коммерсантов стало избавление от банка как от непрофильного бизнеса. Банк как вспомогательный элемент группы компаний превратился скорее в обузу, поскольку требовал значительных финансовых вливаний.

Но с наступлением кризиса, который для российских компаний материализовался в виде отказов банков в кредитах и их подорожании, мысль о создании своих банков вновь стала посещать предпринимателей. Как констатирует Наталья Орлова из Альфа-банка, "после того как с рефинансированием возникли затруднения, идея "карманного" банка стала возрождаться".

К этой категории относится приобретение группой "Гута" банка "Тверь" и возрождение старого банковского брэнда, привлечение акционерами "Техносилы" команды Импэксбанка для создания Мультибанка, попытки IKEA создать банк в партнерстве с "Ренессансом", приобретение инвестиционными компаниями ("Тройка Диалог", "Алор", в планах — "Атон") банковских лицензий.

Когда на деньги существует ощутимый дефицит, создание своего банка как минимум помогает снижать многие операционные издержки. А если — как у ритейловых сетей — он обслуживает собственный значительный денежный поток, то может стать и источником дохода. Впрочем, пока возрождение кэптивных банков выглядит скорее как защитная мера "на всякий случай": а вдруг ситуация будет становиться только хуже?

Однако ни кэптивы, ни специализированные банки, купленные задешево, в ближайший год не смогут развернуться в полную силу. Многие из них, скорее всего, в итоге окажутся плохой ставкой. Хотя, замечает Максим Осадчий, "смелость города берет". Возможно, кто-то из многочисленных новичков, использовав общее уныние и пессимизм, ворвется в число ведущих игроков на банковском рынке.